Диалогу – да, уми­ро­тво­ре­нию – нет

Кон­цен­тра­ция рос­сий­ских войск на границе с Укра­и­ной вызы­вает у неко­то­рых стрем­ле­ние уле­стить Кремль, задоб­рить его уступ­ками. Но здесь нужны не уве­ще­ва­ния, а их про­ти­во­по­лож­ность: поли­ти­че­ская твер­дость и военное устра­ше­ние. Путина не волнуют инте­ресы без­опас­но­сти России, считает Ральф Фюкс.

Группа вете­ра­нов дипло­ма­ти­че­ской и военной службы из Гер­ма­нии в каче­стве реакции на стя­ги­ва­ние рос­сий­ских войск к гра­ни­цам Украины потре­бо­вали уступок Москве. Они выпу­стили сов­мест­ное обра­ще­ние, в котором пред­ла­гают раз в два года про­во­дить кон­фе­рен­цию по образцу про­цесса СБСЕ (прим.пер.: времен холод­ной войны) , в течение кото­рого не должны делаться шаги в сторону рас­ши­ре­ния НАТО или Евро­со­юза. Политик от СДПГ Гернот Эрлер, в 2014–2018 бывший коор­ди­на­то­ром германо-рос­сий­ского сотруд­ни­че­ства в пра­ви­тель­стве ФРГ, ото­звался об этом заяв­ле­нии поло­жи­тельно и призвал воз­об­но­вить диалог с Москвой.

Эта мантра при­во­дит меня в ступор. «За диалог с Москвой» – ну конечно, кто же против? У Ангелы Меркель был прямой провод к Путину, Байден с ним сове­ща­ется, Макрон ока­зы­вает Кремлю знаки вни­ма­ния, Россия засе­дает в составе большой пятерки в Совете Без­опас­но­сти, входит в Совет Европы и Орга­ни­за­цию по Без­опас­но­сти и Сотруд­ни­че­ству в Европе (ОБСЕ).

У нас есть города-побра­тимы, куль­тур­ный обмен, Восточ­ный комитет гер­ман­ской эко­но­мики, Север­ный Поток‑2 как символ особых германо-рос­сий­ских отно­ше­ний, раз­но­об­раз­ные пло­щадки и форумы, нор­манд­ский формат для моде­ри­ро­ва­ния кон­фликта в Украине: недо­статка в диалоге нет, нигде, ни малейшего.

Под­пи­сав­ши­еся под при­зы­вом не хотя при­знать одного: Путин принял стра­те­ги­че­ское решение и взял курс на кон­фрон­та­цию. От воен­ного вме­ша­тель­ства в Грузии и Украине, раз­ме­ще­ния ядерных ракет в Кали­нин­граде до инфор­ма­ци­он­ной войны по всем каналам. Сюда отно­сится и тот факт, что Кремль делает невоз­мож­ным диалог с рос­сий­ским граж­дан­ским обще­ством, шаг за шагом пере­кры­вая кис­ло­род демо­кра­ти­че­ской оппо­зи­ции и кри­ти­че­ски настро­ен­ной общественности.

Тре­бо­вать от Запада «кон­крет­ных шагов по деэс­ка­ла­ции» в тот самый момент, когда Путин демон­стра­тивно угро­жает Украине, выстра­и­вая войска – значит ставить ситу­а­цию с ног на голову. Дипло­ма­тия против агрес­сора рабо­тает только на фун­да­менте силы и твердости.

Такой была и поли­тика раз­рядки Вилли Брандта, которую любят вспо­ми­нать сто­рон­ники тезиса «Больше диалога». Его раз­рядка была тесно впле­тена в стра­те­гию НАТО и не остав­ляла никаких сомне­ний в воз­мож­но­стях воен­ного устра­ше­ния: доля бюджета на оборону была высока, как никогда. И, конечно, так же дело обсто­яло при Гель­муте Шмидте. У Брандта не было иллюзий – он созна­вал, что Совет­ский Союз был про­тив­ни­ком демо­кра­ти­че­ского мира. Такого реа­лизма я желаю и поли­тике «све­то­фор­ной коа­ли­ции». Лими­ти­ро­ван­ное сотруд­ни­че­ство, сдер­жи­ва­ние и устра­ше­ние неразделимы.

Никто не спорит, почему бы не созвать новую кон­фе­рен­цию по без­опас­но­сти и сотруд­ни­че­ству в Европе. Но на какой основе? Будут ли там дей­ство­вать прин­ципы Хель­синки и Париж­ская хартия: суве­рен­ное равен­ство, отказ от при­ме­не­ния силы, демо­кра­тия и права чело­века как основа евро­пей­ского мирного порядка?

Или мы готовы жерт­во­вать этими прин­ци­пами, чтобы задоб­рить Кремль? Назад к Ялте, к согла­сию великих держав, к разделу на зоны влияния и «огра­ни­чен­ному суве­ре­ни­тету» для Украины, Грузии, Бела­руси? Кто хочет этого – пусть скажет.

Новей­ший пакет тре­бо­ва­ний Кремля, бро­шен­ный к ногам США и НАТО, говорит пре­дельно ясным языком. Москва желает полной ревизии евро­пей­ского мирного порядка. После­до­вав­шее в 2007 году рас­ши­ре­ние НАТО на восток должно быть фак­ти­че­ски отме­нено, США должно быть вытес­нено из Европы.

 

Ток­сич­ное предложение

Москва требует воз­вра­ще­ния без­опас­ной зоны на широко пони­ма­е­мых сосед­них тер­ри­то­риях – зоны, которую Запад обязан будет обхо­дить сто­ро­ной. Для бывших совет­ских вас­саль­ных госу­дарств Цен­траль­ной и Восточ­ной Европы таким образом закон­чится свобода вступ­ле­ния в союзы, им на долю опять доста­нется огра­ни­чен­ный суверенитет.

Это ток­сич­ное пред­ло­же­ние не может стать основой пере­го­во­ров. Нельзя отсту­пать за черту 1989/​90 гг., отка­зы­ваться от девиза „Europe united & free“ (Европа –  единая и сво­бод­ная). Если Россия хочет влиться в сооб­ще­ство – добро пожа­ло­вать! Но до тех пор, пока Кремль делает ставку на передел тер­ри­то­рий и поли­ти­че­ский регресс, от Запада тре­бу­ется поли­ти­че­ская твер­дость и военная сила.

Если бы Путину была дорога без­опас­ность России, раз­ре­шить кон­фликт было бы не так уж сложно. Вза­им­ные гаран­тии без­опас­но­сти, кон­крет­ные шаги по разору­же­нию, меры по укреп­ле­нию доверия – все это в инте­ре­сах Запада. Поли­тика и рито­рика Кремля говорят об ином: речь идет о пере­смотре пост­со­вет­ского евро­пей­ского порядка и о недо­пу­ще­нии демо­кра­ти­че­ского раз­ви­тия в сосед­них с Россией странах.

Вот ядро рас­ту­щего напря­же­ния между Москвой и Западом. При­зы­вать к «деэс­ка­ла­ции», не обо­зна­чая тех позиций, по которым воз­можны пере­го­воры – и те, по которым пере­го­во­ров быть не может – стирает грань между диа­ло­гом и умиротворением.

История не повто­ря­ется. Но исто­ри­че­ские уроки извлечь все же можно: нельзя воз­на­граж­дать того, кто угрозой войны пыта­ется добиться своего. На рос­сий­ское бря­ца­ние оружием нужно дать Путину ясный ответ: каждое новое военное вме­ша­тель­ство против Украины повле­чет за собой тяжелые поли­ти­че­ские и эко­но­ми­че­ские последствия.

Рос­сий­ское руко­вод­ство должно выби­рать: либо энер­ге­ти­че­ское парт­нер­ство с Европой, инве­сти­ции в модер­ни­за­цию рос­сий­ской эко­но­мики, мног­сто­рон­ние связи с Западом – либо агрес­сив­ная поли­тика военной силы.

 

Про­зрач­ный маневр

Без­опас­ность и сотруд­ни­че­ство в Европе стро­ятся на равен­стве суве­ре­ни­те­тов всех госу­дарств, отказе от при­ме­не­ния силы и мирном раз­ре­ше­нии кон­флик­тов. Кремль хочет силой раз­ру­шить этот порядок. А значит, необ­хо­димо обес­пе­чить без­опас­ность евро­пей­ского сооб­ще­ства госу­дарств от России.

Для этого необ­хо­дима спо­соб­ность к воен­ному устра­ше­нию и сов­мест­ные поли­ти­че­ские дей­ствия ЕС и США. Если Запад под­клю­чит весь свой поли­ти­че­ский и эко­но­ми­че­ский потен­циал, мы несо­мненно сможем обуз­дать амбиции Путина.

Только что пред­став­лен­ный Москвой «проект дого­вора» – про­зрач­ный маневр. Если Запад пойдет на такие пере­го­воры –  нач­нется эрозия НАТО и поли­ти­че­ский раскол Европы. Если ЕС и НАТО отка­жутся обсуж­дать этот непри­ем­ле­мый проект – воз­рас­тет угроза военных дей­ствий Кремля в Украине. Сорвать этот маневр – вот цен­траль­ное испы­та­ние для Евро­пей­ского Союза и транс­ат­лан­ти­че­ского блока. Как только Запад поз­во­лит Путину начать с ним игру на вычи­та­ние – заша­та­ется вся система.

Ральф Фюкс – дирек­тор бер­лин­ского «Центра Либе­раль­ной Совре­мен­но­сти», ана­ли­ти­че­ского центра и дис­кус­си­он­ной пло­щадки по темам защиты и обнов­ле­ния либе­раль­ной демократии.

Textende

Verwandte Themen

Newsletter

Tragen Sie sich in unseren Russland-Newsletter ein und bleiben Sie auf dem Laufenden. Mit unseren Daten­schutz­be­stim­mun­gen erklä­ren Sie sich einverstanden.